Зачем Сипсику с Чебурашкой общая лодка?

Печать PDF

В кои-то веки решила ответить в газету на публикацию:

https://poliitika.postimees.ee/6500753/kristina-kallas-sipsik-ja-potsataja-peavad-olema-uhes-paadis

 

В ответ молчание. Ну, хоть ради вежливости (!) ответили бы: да так-сяк, да ... увы, но никак! Может, друзья по фейсбуку подскажут, в чем я не доросла до демократии?

Как и Кристина Каллас, я родилась и выросла в такой же смешанной семье. Но в отличие от нее, у меня оба языка – родные и, главное, базовое (не основное!) образование получено на русском языке. Лучшее, что можно было в советское время получить. Позже дополнительно пару лет поучилась и на эстонском. С 1992 года имела богатейшую педагогическую практику, а также возможность не зависеть от настроений работодателя.

Мне очень понравилась смелая авантюра партии «Эстония200» с плакатами на одной-единственной трамвайной остановке. Как говорится, дешево и сердито. Малобюджетный способ утереть носы нашим зарвавшимся политмонстрам, одним махом всем. Хорошо начали и еще не дискредитировали себя ничем.

Но на этом все. К сожалению, в русском вопросе, в вопросах образования «Эстония200» наступает на все те же эстонские грабли: не видит очевидного для окружающих. Боюсь, что именно по причине отрицания иных концепций образования. Из математики видят только арифметику и просто не понимают, что в теории больших чисел даже сложение протекает иначе.

Что такое образование? – Это не только возможность блеснуть набором цитат, правильно промурлыкать набор дежурных фраз на нескольких иностранных языках и быстро найти на карте Найроби. Эстонское образование традиционно преувеличивает роль teadmine, почти не обращая внимания на tundmine – знание как умение размышлять, анализировать и выстраивать жизнеспособную концепцию для решения конкретных, серьезных задач. И никакие результаты PISA в условиях глобальной конкуренции не могут изменить тот факт, что образовательная стратегия нашего большого и страшного соседа дает желающим возможность получить знания и умения на пару порядков выше.

Что такое язык? – Это не только средство коммуникации, о чем громко орется на всех углах. У родного языка есть еще одна, наиважнейшая и уникальная функция: средство развития мышления, становления личности.

Что такое грамматика? – Это свод основных норм языка, некая сетка, позволяющая удерживать, регулировать и намечать пути развития его литературного эталона. Грамматика содержит алгоритмы работы мысли, в ней закодирован взгляд на мир. Язык народа – зеркало его души.

Структуры русского и эстонского языков различны, местами просто взаимонеприемлемы. Даже в случае индивидуальной работы воспитать билингву высокого уровня грамотности сложно. Необходима специальная работа в двух разных направлениях.

Что происходит в классах погружения с переплетением? – Ломается структура родного языка, а с ней и деформируется психика, менталитет, тормозится развитие. В каждом конкретном случае по-разному и в разных пропорциях, но это происходит. Ребенку обламывают перспективы. То же касается и перевода предметов на другой (т.е. эстонский) язык. Результат: ни языка, ни предмета.

Это неприкрытая грубая ассимиляция. Ну и что, что в русских школах резко упали показатели? Ассимилируют-то не для того, чтобы подготовить на должность министра!

Я понимаю: для многих родителей главное – дальнейшее материальное процветание детей. И на все остальное вокруг этого им глубоко фиолетово. Смутит ли этих родителей новая, принесенная из школы трактовка слова «оккупант»? Но далеко не все дети, даже у таких родителей, пришли в этот мир только для того, чтобы тупо делать деньги. Лишать детей возможности учиться именно на родном языке, тормозить их развитие – преступление вне зависимости от того, совершается оно по незнанию или злонамеренно.

Предлагаемая «Эстонией200» программа объединения детских учреждений в одну кучу – не что иное, как очередная интерпретация бессмертной концепции кота Леопольда «Ребята, давайте жить дружно!» Ее возможное осуществление гарантирует коллапс всего образования Эстонии, поскольку в эту кучу смешают и эстонских детей. Неужели деятелям из «Эстонии200» и, в частности, директору нарвского колледжа не пришло в голову заранее посоветоваться с практиками нарвской же эстонской гимназии, которые почему-то несколько лет назад встали грудью против объединения с русской школой, передовой в вопросах погружения?

Так что же делать? Как преодолеть раскол общества? Критиковать-то может каждый, а что дальше?

Во-первых, остановиться на том, что есть, не усугублять нашу демографию. Остановить нынешнюю миграцию, всякую: и белую, и черную, и в клеточку.

Во-вторых, признать необходимость развития детей в соответствии с алгоритмами, заложенными в их национальном коде. Восстановить полноценное образование на русском языке. И пока идет развитие личности, то есть до конца основной школы, не делать из слова «сегрегация» страшилку. Эстонский язык для неэстонских детей весь этот срок должен идти по облегченной программе. А в спокойной обстановке, да если еще и при соответственных интеграционных уроках и в эстонской школе, глядишь, народно-внешкольная дипломатия и сама постепенно наладится. И безо всяких языковых кафе….

А вот в 8 и 9 классах, когда неэстонские дети уже в разуме, хорошо развиты и у них стабильна структура собственного языка, необходимо применить к ним совсем другую технологию обучения. Не мучить бесконечной зубрежкой, не стращать грядущими экзаменами, а эффективно и с удовольствием обучить правилам игры на чужом поле.

Да, это не освоение денег из европейских фондов. Все бесплатное когда-то кончается, а долговая яма только растет. Когда хоть кто-то из наших политиков подумает и об этом, а не только о своем? Сипсик и Чебурашка вырастут, поумнеют, тогда и сядут в одну лодку. Время-то тикает, процесс идет….