Результаты школьного эксперимента. Слово эстонских ученых

Печать PDF

Все люди разные. Национальность – всего лишь фактор, один из многих. И не надо его демонизировать,

заслоняя им все остальное. Везде и всегда в мире проигрываются одни и те же страсти. С поправками на время, общественный строй и иные обстоятельства. А в остальном все так же, как и всегда.

Вхождение Эстонии в состав European Union тоже обязывает соблюдать хоть какой-то этикет. И вот, приступив к осуществлению глобальной (никак не меньше подвигов Калевипоэга) задумки по этнической переориентации 1/3 молодого поколения, при финансовой поддержке того же European Union, наши эстонские ученые начали не только научно обосновывать, но и всячески мониторить сам процесс.

Масштабы популяризации были таковы, что даже на сайте филологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова (!) как-то пару лет назад я обнаружила некую бодрую презентацию на тему нашего языкового погружения. В разделе эстонского языка и в рамках сотрудничества с Тартуским университетом.

Господи! – подумалось тогда. – А им-то в Москве, зачем это надо? Неужели это в МГУ спустили такую разнарядку по быстрому поиску средств борьбы с массовым нашествием в российские школы детей трудовых мигрантов?

Как результат всестороннего изучения наших передовых школьных процессов, в конце 2012 года были составлены и опубликованы два серьезных научных отчета. Несколько раньше, в 2009 году прошел отчет об исследованиях эффективности эстонской основной школы. Наши местные борцы за сохранение русского образования не заметили его совсем. Видимо, потому, что в нем речь шла не о русской, а только об эстонской школе.

Думаю, что настала пора обратить на эти три исследования самое пристальное внимание.

 

Мнение тартуской исследовательской группы

Экспертный состав группы (имена на языке оригинала): Hiie Asser, Martin Ehala, Kaie Holter, Andrei Lobov, Krista Loogma, Valeri Novikov, Viive-Riina Ruus, Ellu Saar, Tiia Tulviste, Raivo Vetik.

Итак, говоря максимально приближенно к языку оригинала, Центр образовательных исследований и развития учебных программ Тартуского университета во второй половине 2012 года опубликовал под названием «Мнения и опыт экспертов в связи с государственным языком и учебой на государственном языке» свои результаты анализа исследования экспертов проекта «Русский ребенок в обучении на эстонском языке русскоязычной общеобразовательной школы»

Последнее содержание кавычек поясню. Речь идет о том, что в школах, где традиционно обучение ведется на русском языке и учатся, за редким исключением, дети из семей, где домашним языком не является эстонский (как правило, это русский язык), введено и расширяется обучение на эстонском языке. Именно это обстоятельство явилось почвой для возникновения родительского протеста. Некоей неестественностью выглядит то, что перед русскими детьми на уроке ходят русские же учителя и на ломаном эстонском языке излагают свой предмет. Разумеется, при случае этих (в основном) женщин меняют на эстонок, если кто из учителей-эстонцев соглашается идти в русскую школу преподавать. Желающих не много, и находятся они чаще на административные должности.

Поясню также, что означает «меняют». Людей просто выгоняют с работы, со дня, в пустое пространство и безо всяких компенсаций. Повод – «недостаточное владение государственным языком»… Это маленький штрих к вопросу об аргументе, на который при случае ссылаются представители министерства, говоря о быстром исчезновении и отсутствии воспроизводства учительских кадров для обучения на русском языке. Ну, нет у нас учителей для русских школ! Опытные предметники, владеющие лишь русским языком и поэтому взашей выгнанные, не в счет. Пустое место.

Этот отчет опубликован только на эстонском языке. Экземпляр отчета был любезно предоставлен господину Андрею Лобову, являвшемуся до недавних пор председателем правления некоммерческой общественной организации «Русская школа Эстонии» (РШЭ) и именно в этом качестве приглашенному участвовать в проводившихся опросах. Автор статьи помогала Андрею Лобову на эти вопросы отвечать.

Почему председателя этой организации, профессионально никак не связанного с тонкостями школьной педагогики, пригласили в круг «глубоко погрязших» в данной области профессионалов – отдельный вопрос. Видимо, была задумка показать, что выводы отчета отражают, среди прочих, и мнение РШЭ. Если и так, то победных реляций изобразить все равно не получилось. Почему-то все, что можно было бы принять в отчете за возможные выводы, оказалось обтекаемыми, осторожными формулировками, изобилующими сплошь и рядом выражениями типа «ну посмотрим», «возможно», «еще не вечер», … и т.д. и т.п.

При ответе на километры, сотни тяжелейших вопросов, возникало и с каждым кругом крепло ощущение, что блуждаешь все вокруг одного и того же и никак не можешь вырваться. Прямо как грибник на ведьмином болоте.

Отвечаешь: «Да погодите, господа! Нам это совсем и в принципе не подходит».

А тебе так вежливо-перевежливо: «Пожалуйста, перечислите наиболее существенные возможности, которые подойдут для наилучшего переустройства образования в школах с русским языком обучения».

Ты им в ответ: «Да оставьте вы русские школы в покое, верните все в исходную точку!»

А тебе снова: « Как вам кажется, что лучше получится: плюралистическая Эстония, двусторонне переплетенное общество, муниципализация, сегрегация, фрагментация …? Расставьте, пожалуйста, циферки в порядке убывающей иль прибывающей вероятности».

И т.д. и т.п. Мы им про Фому – они нам про Ерему! И в пятый раз, и в десятый. Ну, чем не заколдованный круг?

Самое забавное – это когда, поводив тебя до одурения по очередному кругу, задают последний вопрос:

«К специалистам какой сферы деятельности вы бы себя отнесли: процессы переходного общества, социальная стратификация, когнитивная психология, организация перехода преподавания предметов на эстонский язык…?» И так 13 пунктов.

Да.… И как это мы со своим свиным рылом да угодили в такой отборно-калашный ряд? Единственное утешение: не мы туда рвались, а нас пригласили.

Результаты этого исследования, промежуточного, мы тоже получили. Формулировки выводов оказались под стать вопроснику, такие же витиеватые, туманные, осторожно неопределенные. Ни рыба, ни мясо.

«Вот когда поймем, что свыше вышло, туда и повернем свое дышло. А пока осторожно погодим, кабы чего с нами самими не вышло…»

Ах, какой европейско-показательный плюрализм!

Отчет второй. Институт психологии Таллинского университета

В противоположность Тарту, название и общий стиль этого отчета лаконичны и точны. Это финальный отчет проекта «Иноязычный ребенок в школе Эстонии». Руководитель проекта: Александр Пульвер, доктор философии, профессор. Главный консультант проекта: Ааро Тоомела, доктор философии, профессор.

Суть проекта (см. стр.3 отчета). Министерство образования и науки Эстонии поддержало проводившиеся в 2009 – 2011 гг. исследования развития иноязычных детей в основных школах Эстонии. Целью исследований были ответы на вопросы, касающиеся того, как развиваются и справляются с учебой в школах с эстонским языком обучения дети, чей родной язык не является эстонским. В результате исследования была получена научно обоснованная информация для принятия обоснованных решений на разных уровнях: от уровня государственной образовательной политики и до уровня ученика.

Приведу лишь наиболее вопиющие, основные выводы этого отчета:

  • Успехи наиболее способных неэстонских учеников сравнимы с успехами учащихся на родном языке. Более низкий академический уровень, не соответствующий способностям, характеризует тех неэстонских учеников, у кого способности средние.
  • Результаты указывают, что с течением времени начинает снижаться самооценка именно у иноязычных учеников, в то время как у одноязычных детей этого не наблюдается.
  • В смешанном третьем классе социальные отношения иноязычных учеников относительно плохие, в четвертом классе до того откровенно отторгающее отношение к ним эстонцев начинает смягчаться, замещаясь на нейтральное, но никак не на позитивное.
  • Бьет в глаза особенно низкая оценка русских эстонцами. Эстонские дети с негативными установками предпочитают игнорировать детей русской национальности.
  • Выяснилось, что академическая успеваемость могла бы быть иной в эстонских школах, если бы там не учились иноязычные дети. В классах погружения академические успехи изученных детей были ниже, чем у иноязычных детей, учащихся в смешанных классах.
  • Иноязычных детей характеризовало то обстоятельство, что их академические успехи существенно хуже, чем у эстоноязычных детей, учащихся в той же школьной среде.
  • Самые низкие результаты получены в классах погружения.
  • На этом фоне есть еще одна очень четкая черта: эстоноязычные ученики очень низко оценивают людей русской национальности, в то время как, например, русскоязычные дети оценивают эстонцев относительно позитивно. Этот результат указывает, что интеграционная политика должна быть в существенной мере направлена на эстонцев, которые со своим отношением отторжения препятствуют интеграции значительно более людей других национальностей, которые относится к коренной национальности довольно позитивно. Особенно позитивно относятся к коренной национальности именно те, кто на самом деле интегрируется в общество Эстонии, в том числе дети, учащиеся в школах с эстонским языком обучения.

И так далее, и тому подобное…..

Мое личное мнение – публикация этого отчета, пусть только на эстонском языке и запрятанная далеко в лабиринтах интернет-сайта министерства образования и науки Эстонии, является личным научным и гражданским подвигом авторов отчета. Тем более что такая их позиция не является чем-то одномоментным. В проекте «Эффективность основной школы Эстонии» (2009), проводившемся под руководством профессора Тоомела, значительное внимание уделялось академической успеваемости двуязычных детей, получающих образование на эстонском языке. Выводы того проекта можно расценивать как логичный предвестник последнего отчета.

И в заключение – оценка одного из немногих весомых русских социологов Эстонии Дмитрия Михайлова:

«Этот отчет лонгитудного исследований психологов Таллинского Университета известен и был предметом внимания, ЯВНО НЕДОСТАТОЧНОГО, с полгода назад. В эстонских СМИ понятно почему: это самое весомое опровержение ожиданий политики погружения и эстонизации, и его дружно замолчали. … Несколько лет наблюдают за развитием одних и тех же "подопытных" русских детей младших классов в эстонских школах.

Это единственное в Эстонии за все время такого рода УГЛУБЛЕННОЕ исследование именно результатов эстонизации. … Само исследование "на контроле", ибо оно убийственное для правой политики. … Это исследование неопровержимо ДОКАЖЕТ факт дискриминации русских детей в сфере образования»

Первая публикация - на сайте www.newsbalt.ru, 2013